К нам тихо подкрадывается весна. Снимает с нас пока шапки, потом теплые шарфы, ботинки и теплые пальто. Весна чудесна в своем цвету. Как будто в душе просыпается певица и робка начинает петь вместе с цветущими кустами, тюльпанами, теплым воздухом и солнечными лучами. Вчера весь день ко мне в комнату лились солнечные лучи. Природа дарит столько радости и прелести, она так мирно существует рядом с тобой, ненавязчиво поддерживает и всегда вселяет надежду.

Не могу не поделится с вами одной прекрасной книгой - "Несвятые святые" Архимандрита Тихона. Моя двоюродная сестра давно мне ее посоветовала, пока совсем не было времени, потом настроения, потом ни того, ни другого, но, наверное, мне надо было ее почитать именно сейчас. Разве это не чудо, когда в полном душевном опустошении ты слышишь тихий голос Господа? Это большее чудо, чем если тебе на голову упадет именно то, что якобы тебе хочется. Мне так мечтается когда нибудь побывать в Псково-Печерском монастыре, там где служил светлый батюшка Иоанн, и вот эта книга мне дала возможность хоть отчасти, но все таки почувствовать благодать тех мест. И правда, главное хранить свое сердце чистым, или хоть просто пытаться это сделать, что бы услышать голос Отца нашего, что бы знать куда идти, а не петлять немыслимыми путями в погоне за жар птицей.

Эта книга все время меня мысленно возвращала в те далекие времена, когда я провела в одном монастыре несколько дней. Дни проходили в постоянном физическом труде, подсвечники и полы надо было чистить постоянно, к концу дня сил не оставалась даже на то, что бы просто сидеть. Но помню, как однажды послушников повели в комнату, где монахини делали свечки. В комнате стоял такой свет, даже воздух был прозрачный, я никогда ни до, ни после, не видела, что бы от людей шел такой свет. Они в молитве трудились, отливали свечи, от лиц шло сияние, хотелось остаться в этой комнате, среди этих людей навсегда, среди этого благоухания, в этом золотом сиянии. Но это было ни мое послушание, все, что мне приходилось делать это упереться в пол глазами и коленями и драить его от зари до заката. От физического изнурения все чего хотелось, это убежать из монастыря, но, когда время пришло и я вернулась домой, мне казалось, что я попала в совсем чужой для меня мир, хотелось опять вернутся в это спокойное и светлое место.

Для меня стал открытием Епископ Василий (Родзянко), Архимандрит Тихон много рассказывал о нем и некоторые истории меня потрясли до слез. В Лондоне, на радио Би-Би-Си, отец Владимир (до того, как стал Епископом Василием) вел свои церковные передачи, из которых несколько поколений граждан СССР узнавали о Боге и о православной вере.

"Как-то летом, году в 1990-м, в один из приездов Владыки в Москву к нему пришел познакомиться гренадерского вида молодой священник. И с места в карьер предложил Владыке послужить у него на приходе. Владыка, как всегда, не заставил просить себя дважды. А я понял, что у нас начинаются очередные проблемы.

— А где приход-то твой? — спросил я, мрачно оглядывая молодого батюшку.

По моему тону гренадер понял, что я ему не союзник.

— Недалеко! — неприветливо сообщил он мне.

Это был обычный ответ, за которым могли скрываться необозримые пространства нашей бескрайней Родины.

— Вот видишь, Георгий, недалеко! — попытался успокоить меня Владыка.

— Не очень далеко… — уточнил гренадер.

— Говори, где? — сумрачно потребовал я. Батюшка немного замялся.

— Храм восемнадцатого века, таких в России не сыщешь! Село Горелец… Под Костромой…

Мои предчувствия начинали сбываться.

— Понятно! — сказал я. — А от Костромы сколько до твоего Горельца?

— Километров сто пятьдесят… Точнее, двести… — честно признался батюшка. — Аккурат между Чухломой и Кологривом.

Я содрогнулся. И стал вслух прикидывать:

— Четыреста километров до Костромы, потом еще двести… Кстати, Владыка, вы хоть немного себе представляете, какие там дороги — между Чухломой и Кологривом? Слушай, батюшка, а от костромского архиерея у тебя благословение на служение Владыки есть? — ухватился я за последнюю надежду. — Ведь без благословения ему в чужой епархии служить нельзя!

— Без этого я бы и не подходил, — безжалостно заверил меня гренадер. — Все благословения у нашего архиерея заранее получены.

Таким вот образом Владыка Василий и очутился на глухой дороге по пути к затерянной в костромских лесах деревушке. Отец Андрей Воронин, так звали гренадера, оказался замечательным тружеником-священником, каких много пришло в Церковь в те годы. Выпускник МГУ, он восстанавливал разрушенный храм, создал приход, школу, прекрасный детский лагерь. Путь до его деревни был действительно долог, так что спутники успели изрядно устать.

Неожиданно машина остановилась. На дороге буквально несколько минут назад произошла авария — грузовик лоб в лоб столкнулся с мотоциклом. На земле в пыли лежал мертвый мужчина. Над ним в оцепенении стоял юноша. Поблизости курил понурый водитель грузовика.

Владыка и его спутники поспешно вышли из автомобиля. Но помочь уже ничем было нельзя. Мгновенно ворвавшееся в наш мир торжество жестокой бессмысленности, картина непоправимого человеческого горя подавили всех, кто оказался в эту минуту здесь, на дороге.

Молоденький мотоциклист, зажав в руках шлем, плакал — погибший был его отцом. Владыка обнял молодого человека.

— Я священник. Если ваш отец был верующим, я могу совершить необходимые для него сейчас молитвы.

— Да, да! — начиная выходить из оцепенения, подхватил молодой человек. — Сделайте, пожалуйста, все что надо! Отец был православным. Правда, он никогда не ходил в церковь — все церкви вокруг посносили… Но он всегда говорил, что у него есть духовник! Сделайте, пожалуйста, все как положено!

Из машины уже несли священнические облачения. Владыка не удержался и осторожно спросил молодого человека:

— Как же так получилось, что ваш отец не бывал в церкви, а имел духовника?

— Да так получилось… Отец много лет слушал религиозные передачи из Лондона. Их вел какой-то священник Родзянко. Этого батюшку папа и считал своим духовником. Хотя никогда в жизни его не видел.

Владыка заплакал и опустился на колени перед своим умершим духовным сыном".

***
А из обычных мирских дел, скажу, что в процессе мишка (может быть для моего будушего магазина), пальцы все исколоты, ногти поцарапаны, так как ткань толстая

Опять вернулась к изучению Итальянского, на этот раз, он мне очень нравится, слышу музыку языка и занятия доставляют удовольствия, занимаюсь йогой, пеку, читаю и гуляю.

Хочу всем пожелать мира и спокойствия в душе!